Рождество и Новый год: традиции русских Царей (продолжение)

Наталья Елманова

Часть вторая

Царствование Александра Второго

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №1

Иван Тюрин. «Александр II». Конец 1860-х.

После смерти Николая I его сын, молодой император Александр II, продолжил традиции, сложившиеся во время царствования отца.  24 декабря 1855 г. в сочельник ёлка была устроена на половине императрицы Марии Александровны «в малых покоях». Поскольку в 1855 г. продолжался годичный траур по умершему Николаю I, то на елке присутствовали только «свои». К «своим» по обыкновению отнесены фрейлины Марии Александровны – Александра Долгорукая и Анна Тютчева. Все было как обычно: особая елка для императрицы, елка для императора, елка для каждого из детей императора и елка для каждого из детей великого князя Константина.

Вся Золотая гостиная превратилась в целый лес елок. Выложенные под елками подарки фактически превратились «в выставку игрушек и всевозможных прелестных вещиц. Императрица получила бесконечное количество браслетов, старый Saxe (саксонский фарфор), образа, платья и т. д. Император получил от императрицы несколько дюжин рубашек и платков, мундир, картины и рисунки».

Следует отметить, что к проведению этих рождественских елок и лотерей готовились не только взрослые, но и дети. Так, 27 декабря 1861 г. великие князья Александр и Владимир на половине императрицы несколько часов готовили елку, а затем наклеивали билетики на книги для проведения лотереи.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №2

Император Александр II с сыновьями: Цесаревичем Александром Александровичем и Великими князьями Владимиром и Алексеем Александровичами. Фотография А. И. Деньера. 1865 год.


Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №3

И. Крамской. Портреты великих князей Сергея и Павла Александровичей. 1870 г.

Даже когда семья в силу обстоятельств была разлучена, елки в Зимнем дворце проводились по устоявшейся традиции. Например, на Рождество 1864 г., когда за границей находился тяжело больной наследник Николай Александрович и лечившаяся в Ницце императрица Мария Александровна, в Петербурге прошла традиционная рождественская елка.

На шести столах разложили присланные императрицей, тщательно завернутые подарки. Четыре стола из шести предназначались для подарков от императрицы Марии Александровны Александру II и их сыновьям: Александру, Владимиру и Алексею. На двух столах лежали подарки для великого князя Константина Николаевича и его сына Николая Константиновича. Александр II сам читал письмо императрицы, и, следуя инструкциям, юноши вскрывали один за другим подарки. На другой день, в Рождество, зажгли вторую елку для прочих членов Императорской фамилии и ближайших ко Двору должностных лиц.

Самая грустная рождественская елка в императорской семье состоялась на Рождество 1864 года в Ницце — там находился на лечении тяжело больной наследник Николай Александрович, для которого это было последнее Рождество. Наследник уже не вставал с постели. Императрица устроила в спальне сына своеобразную елку. Посреди комнаты поставили померанцевое дерево, увешанное золотистыми плодами, на его ветвях красовались фотографические портреты лиц свиты императрицы и самого наследника. Поскольку круг посетителей цесаревича ограничен, и свита не могла присутствовать в спальне, то они были представлены на снимках...

Из книги: И. Зимин. Повседневная жизнь российского императорского двора. Вторая четверть XIX — начало ХХ в.:

«Традиция процедуры рождественских праздников сложилась в Зимнем дворце еще во второй половине XVIII в. Собственно рождественские праздники начинались со всенощной службы в малой дворцовой церкви. Как правило, это семейный праздник, с приглашением только «своих».

Адмирал Дмитрий Сергеевич. Арсеньев, воспитатель младших сыновей Александра II. Фотография А. Бергнера


Анна Федоровна Тютчева, старшая дочь поэта Ф. И. Тютчева, фрейлина цесаревны Марии Александровны, воспитательница ее младших детей.

На богослужении присутствовали лишь императорская чета и все их дети. После службы все направлялись в Золотую гостиную Зимнего дворца, где каждого ожидала своя елка. Подарки подбирались очень тщательно, с учетом склонностей, желаний и увлечений каждого из членов семьи. Однако царская семья не могла остаться в своем узком кругу даже в рождественскую ночь. На елку приглашались и те, кто фактически становились со временем почти членами императорской семьи: няни и воспитатели, то есть те, кто растил царских детей, отчасти заменяя им родителей. Так, в 1860-х гг. на елках в обязательном порядке присутствовала фрейлина и воспитательница А. Ф. Тютчева, няня Е. И. Струттон и Д. С. Арсеньев, воспитатель младших сыновей Александра II.

Примечательно, что рождественское настроение овладевало не только детьми, но и взрослыми. Все с удовольствием готовились к празднику, обдумывали, какие подарки выбрать для родных и близких, и с удовольствием радовались подаркам, оказавшимися под «их» елкой. Уже выросший (16 лет) великий князь Сергей Александрович записал в дневнике 24 декабря 1873 г.: «Была чудная елка! Как мы наслаждались, подаркам не было конца! Мари получила чудные драгоценности! Китти была и очень радовалась». Примечательно, что няня царских детей Е. И. Струттон (Китти) разделяла радость всей семьи.   

Во время Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. рождественские традиции пришлось нарушить. В семье возникли разногласия. Императрица Мария Александровна желала провести рождественские праздники как можно скромнее по случаю продолжавшейся войны. Как писал ее сын Сергей Александрович: «Мама решила, что елок не будет у нас совсем в этом году и праздники грустные будут», однако «Папа потребовал одну большую елку в Золотой гостиной» (...)

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №6

Следует отметить, что с началом «террористической охоты» на Александра II никто из членов императорской семьи не мог позволить себе ходить по магазинам, лично выбирая подарки. Образцы подарков присылались в Зимний дворец поставщиками Императорского двора, и именно из них отбирались личные подарки. В дневниковых записях великих князей в 1870-х гг. встречаются упоминания о том, что рождественские елки организовывались и для детей слуг.

24 декабря 1874 г. великий князь Сергей Александрович целый день занимался подготовкой елки «для детей людей». В этот же день в Белом зале состоялась и семейная елка со всеми традиционными подарками. На следующий день семья отправилась в Аничков дворец, где были обед и елка «у Саши для детей»».

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №7

Елочный торг. Художник Г. Манизер


Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №8

Счастливое Рождество. 1891 г. Художник В. Юхансен.

Рождество в семье Александра III

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №9Семья императора Александра III. Ольга в центре с отцом, Александром III. Слева направо: Великий князь Михаил, Императрица Мария Фёдоровна, Великий князь Николай, Великая княгиня Ксения и Великий князь Георгий. 1888

Как и в большинстве православных семей, главными праздниками в императорском семействе были Рождество и Пасха. И дети, и взрослые ожидали наступления этих дней с необыкновенной радостью, предвкушая самые приятные события и встречи. В начале зимы, задолго до кануна Рождества в Гатчинском дворце начиналась суета и загадочные приготовления.

Подарки заготавливались тысячами. Кроме членов семьи, многочисленных представителей романовского клана и родни из европейских правящих династий одаривались все домашние обитатели – слуги, конюхи, кучера, садовники, учителя и воспитатели детей, солдаты и офицеры полков охраны, кухонные служители. Не забывались и высшие придворные чины, фрейлины, сановники, министры и правительственные чиновники. А ведь и у Александра III, и у Марии Федоровны были к тому же просто добрые знакомые, которым хотелось сделать приятное в праздник.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №10
И к каждому из десятков тысяч подарков прикреплялась поздравительная карточка с собственноручной подписью императора и императрицы. Индивидуально подобрать такое количество подарков было невозможно, хотя Марии Федоровне помогали в этом дети и фрейлины. И все же императрица с ее утонченным вкусом старалась сама выбрать подарки хотя бы самым близким, любимым и приятным людям.
 
«Надо заметить, что при Александре III ситуация с практикой подбора подарков изменилась. Волна терроризма в России на рубеже 1870—1880-х гг. совершенно исключила возможность личного посещения магазинов членами императорской семьи. То, что могли себе позволить члены семьи Николая I и Александра II (в 1860-х гг.), для семьи Александра III было невозможным». Торговцы, представители лучших фирм, присылали в Гатчину ящики с образцами своих товаров. Однако они лишь смутно догадывались, какой именно товар императрице будет желательно приобрести, и боялись экспериментировать с новинками. Если царская семья однажды заказывала что-либо в торговых домах Кабюссю и Болена, приказчики фирм впоследствии из года в год присылали все те же предметы, полагая, что это, как обычно, найдет спрос.
 
Торговая реклама в России пребывала еще в зачаточном состоянии, да и не все печатные издания с рекламой попадали в руки царского семейства, так что догадаться о том, что появилось на прилавках к праздникам и подобрать нечто новое и интересное, было невозможно. Приходилось довольствоваться тем, что Бог руками приказчиков торговых фирм пошлет в гатчинский дворец. «По-настоящему солидные магазины, – вспоминает дочь Александра III Ольга Александровна, – в то время не рекламировали своих товаров. Но даже если какие-то из них и рекламировали их, мы, дети, все равно их рекламу не смогли бы увидеть: приносить газеты в детские было строго-настрого запрещено».

Близких родственников и самых преданных друзей царская чета обычно одаривала драгоценностями. За исключением детей, конечно. Александр III не считал необходимым подобное пустое баловство, рассчитанное лишь на показ. Для детей большую ценность представляют хорошие игрушки, книги, наборы инструментов. Вот такие подарки дети и должны получать. А ювелирные украшения для взрослых, уже подпорченных меркантилизмом. В силу такого воспитания дети не имели представления, что такое драгоценности и сколько они могут стоить. Так, какие-то миленькие безделушки с пестренькими камушками.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №12

Мария Федоровна с дочерью Ксенией

Однажды тринадцатилетняя Ксения из чистой любознательности сунула нос в коробки с драгоценностями от Картье, присланными из Парижа. Их как раз разбирали фрейлины в комнатах императрицы, когда Ксения, матушкина любимица, зашла проведать Марию Федоровну – ну как же можно было не полюбопытствовать? На глаза великой княжне попался тонкой работы золотой флакон для духов, усыпанный сапфирами… Вещица, вероятно, стоила целое состояние и предназначалась в подарок для кого-либо из сиятельных особ.

Но девочка, никого не спрашивая, выхватила драгоценную вещицу и стала уговаривать графиню Строганову, распаковывавшую коробки, скрыть это от матери – по мнению Ксении, такой флакончик был бы прекрасным подарком императрице от дочери. В результате Мария Федоровна получила от дочери к Рождеству произведение ювелирного искусства от Картье, оплаченное из средств казны. И, хотя мать души не чаяла в Ксении, она все же после праздников тактично дала понять девочке, что детям позволено лишь любоваться содержимым футляров с драгоценностями, заказанными императрицей, и не более того.

Великая княжна Ольга Александровна Романова

Младшая дочь, Ольга никогда не попадала в такие неловкие ситуации. Карманных денег царские дети не имели, поэтому подарки близким она делала своими руками. Для отца она, к примеру, каждый год готовила одно и то же традиционное подношение – домашние туфли, вышитые собственной рукой. И очень радовалась, когда видела на Александре III эти расшитые крестиком красные тапочки…

При Александре III Рождество, как правило, отмечалось в Гатчинском дворце, где для царской семьи и братьев Императора ставились ёлки в Желтой и Малиновой гостиных. Дни перед Рождеством были полны праздничной суматохой. Постоянно прибывали из Петербурга посыльные с какими-то свертками и пакетами, потом эти загадочные свертки громоздились в кабинете отца, но детям было категорически запрещено их распечатывать и смотреть. Садовники выбирали и доставляли во дворец многочисленные елки; повара и кухонные служащие сбивались с ног, готовя праздничное угощение.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №14

Великая княжна Ольга с гувернанткой миссис Франклин

Даже английская няня миссис Франклин священнодействовала в маленькой кухоньке при детских апартаментах. В обычные дни она готовила тут лишь утреннюю овсянку или подогревала молоко, но к Рождеству Нана подавала к столу традиционный сливовый пудинг, собственноручно выпеченный по рецепту, вывезенному с Британских островов. А ради этого стоило постараться. К сочельнику все уже было готово, и пополудни во дворце наступало всеобщее затишье.
Все русские слуги стояли возле окон, ожидая появления первой звезды. В шесть часов начинали звонить колокола Гатчинской дворцовой церкви, созывая верующих к вечерне. После службы устраивался семейный обед.


Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №15

Гатчинский дворец. Детская комната

 
К всенощной съезжалась вся царская семья – великие князья с семьями. Кто не приезжал в сочельник, появлялись утром к литургии и праздничному завтраку в Арсенальном зале, на который приглашались лица по списку.

Но детям было не до еды – их внимание было приковано к дверям парадного зала, у которых стояли на часах казаки (а стало быть, даже одним глазком заглянуть туда, где вот-вот развернутся главные рождественские чудеса, было невозможно)…

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №16

Дворцовая церковь в Гатчине

Обедали мы, — пишет Великая княжна Ольга Александровна, — в комнате рядом с банкетным залом. Двери зала были закрыты, перед ними стояли на часах казаки Конвоя. Есть нам совсем не хотелось – так мы были возбуждены – и как же трудно нам было молчать! Я сидела, уставясь на свой нож и вилку, и мысленно разговаривала с ними».

«Все мы, даже Ники, которому тогда уже перевалило за двадцать, ждали лишь одного – когда же уберут никому не нужный десерт, а родители встанут из-за стола и направятся в банкетный зал, - вспоминала великая княгиня Ольга. – Но и дети, и все остальные должны были ждать, пока император не позвонит в колокольчик. И тут, забыв про этикет и всякую чинность, все бросались к дверям банкетного зала. Двери распахивались настежь, и мы оказывались в волшебном царстве. Весь зал был уставлен рождественскими елками, сверкающими разноцветными свечами и увешанными позолоченными и посеребренными фруктами и елочными украшениями. Ничего удивительного! Шесть елок предназначались для семьи и гораздо больше – для родственников и придворного штата. Возле каждой елки стоял маленький столик, покрытый белой скатертью и заваленный подарками.
В этот праздник даже императрица не возмущалась суматохой и толкотней. Веселье в банкетном зале, чай и пение традиционных песен продолжались почти до полуночи, когда приходила миссис Франклин и уводила возбужденных детей в детские».

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №17

Дочь Александра III Ксения вспоминала, что на елку 1884 г. она «получила много вещей», а на елке «хлопали хлопушки».

Младший брат Николая II Михаил писал в дневнике, что накануне Рождества он «валялся в кровати и думал о елке». Вскоре праздник заканчивался, и елки, простоявшие во дворце три дня, убирали. Снимали украшения с елок дети: «Все изящные, похожие на тюльпаны подсвечники и великолепные украшения, многие из которых были изготовлены Боленом и Пето, раздавались слугам. До чего же они были счастливы, до чего же счастливы были и мы, доставив им такую радость!» – вспоминала великая княгиня Ольга Александровна. Юные царевичи следили, чтобы никто не остался без подарков.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №18

Акварель Ольги Александровны, выполненная в зрелые годы

Воспоминания о теплых домашних праздниках, о надежности семейного круга, об отце, воплощающем идеалы русской патриархальности и доброты, оставались с детьми надолго. Ольга Александровна уже в эмиграции, незадолго до смерти, вспоминала картины Рождества в царской семье так ярко, словно это было вчера.
Наверное, потому дети Александра III и сами были хорошими родителями, что с раннего детства впитали устои отцовского дома.
Мария Федоровна, страстно любившая разнообразные торжества и служившая подлинным украшением любого бала, в дни больших семейных праздников сознательно отходила на второй план, предоставляя мужу быть главным лицом и немножко волшебником, от которого зависит все происходящее…

В первое Рождество после свадьбы Великого князя Александра Александровича (будущего Императора Александра Третьего) в Аничковом была устроена елка для бедных детей. Толпа детей поднималась по парадной лестнице Аничкова в ярко освещенный Танцевальный зал, где стояла громадная, украшенная подарками ель.

Праздник состоял из игр и угощения для 100 мальчиков и девочек. После угощения Цесаревич велел повалить елку, чтобы дети сами смогли выбрать игрушку на память. Перед уходом каждый ребенок получил в подарок полушубок, обувь, теплую одежду, белье или платье. Кроме того, каждой семье в виде подарка полагалась одна сажень дров. После этого Рождественские праздники для бедных детей стали ежегодными, однако местом их проведения до декабря 1880 года был дворцовый манеж.

Душевно щедрый Александр III считал своей семьей не только Императрицу Марию Федоровну и детей, но также и великое множество родственников, тысячи слуг, лакеев, придворной челяди, солдат, моряков, членов придворного штата и всех, кто имел право доступа во дворец. И всем им полагались подарки.

Нужно сказать, что эти подарки были иногда настоящим подспорьем для тех семей, которые испытывали впоследствии материальную нужду. Это было маленькое состояние! Сами ёлочные игрушки, которые позволялось брать с ёлки, были дорогими произведениями искусства. Безусловно, царские подарки бережно хранились, с ними старались не расставаться, но, все же, это был незаменимый «сберегательный» банк. 

При Александре III было положено начало традиции посещения других многочисленных ёлок членами Императорской фамилии. Так, ежегодно 25 декабря после фамильного завтрака ехали с детьми и великими князьями в манеж Кирасирского полка на ёлку для нижних чинов Собственного Его Величества конвоя, Сводно-гвардейского батальона и Дворцовой полиции. На следующий день ёлка повторялась для чинов, бывших накануне в карауле. Императрица Мария Федоровна лично раздавала солдатам и казакам подарки. Для офицеров праздник устраивался 26 декабря в Арсенальном зале Гатчинского дворца. Напротив бильярда стояла елка и стол с подарками, после раздачи даров, всех угощали чаем. Александр III считал своим долгом разделить рождественские праздники с людьми, обеспечивавшими его личную безопасность.

Ольга Александровна Романова — 1 (13) июня 1882 – 24 ноября 1960 – последняя Великая Княгиня, младшая дочь императора Александра III.  «Великая княгиня Ольга Александровна среди всех особ императорской фамилии отличалась необыкновенной простотой, доступностью, демократичностью, писал протопресвитер Георгий Шавельский. — В Петербурге она часто ходила пешком, ездила на простых извозчиках, причём очень любила беседовать с последними».

Ольга Александровна – одна из немногих членов Императорской семьи, спасшихся после большевистского переворота; жила в Дании, затем Канаде. За свою жизнь написала более 2000 картин, доходы от продажи которых позволяли ей поддерживать семью и заниматься благотворительностью.

Рождество и Новый год в царской семье. Часть вторая., изображение №19

Новый год. Акварель Великой Княгини Ольги Александровны Романовой



Натюрморт. Чаепитие. Акварель Великой Княгини Ольги Александровны Романовой


Печатается с сокращениями.
Окончание следует.


 

 
 



 
 



 
 



 
 



 

.

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *